Артиллерия УРа была представлена всего лишь одним полком. Начал знакомиться с ним. И вот тут-то меня ждало прямо-таки разочарование. Оказалось, что полк укомплектован орудиями еще времен первой мировой войны! Это были 76-мм пушки образца 1902 года, 122-мм гаубицы образца 1909 года и даже — что совершенно непонятно — 107-мм пушки образца 1897 года! То есть еще времен японской войны! Да этим «старушкам» место разве что в музее!
При первой же встрече с начартом округа Д. Д. Муевым я высказал свое недоумение относительно вооружения полка, на что последовал ответ, что это дело не мое, и даже не округа. Комплектацией артиллерии УРа непосредственно занималась, дескать, Москва, нам же категорически запрещено проявлять какую-нибудь инициативу.
В заключение Муев сказал, что в случае войны на УР «сядет» по крайней мере, корпус, вот тогда-то все и станет на свое место. Этими перспективами, мол, нам и надлежит пока удовлетвориться. Сейчас же наше дело — иметь отрекогносцированные ОП и НП, привязанные и нанесенные на карты; артдокументацию — плановые таблицы, планшеты, карточки с ориентирами и полями видимости и так далее. А поскольку все это составляется безотносительно к конкретному боевому составу артиллерии, то наиболее действенной документацией пусть явится та, что будет привязана к реально существующему полку.
Что ж, теперь все ясно.
В интересах сохранения особой секретности УРов, а точнее, системы долговременных железобетонных сооружений, проводить учения стрелковых дивизий в них воздерживались. И я не помню, чтобы в периоде 1934 по 1940 год подобные учения с полевыми войсками проводились.
А зря. Ведь как показали первые месяцы Великой Отечественной войны, далеко не каждый красноармеец из полевых войск, неожиданно посаженный в дот, мог умело и спокойно действовать в его тесных стенах. К доту надо еще привыкнуть, как говорится, обжиться в нем. Я не раз потом расспрашивал красноармейцев и младших командиров о том, какие чувства они испытывали, впервые оказавшись в доте. И все они в один голос отвечали — не совсем приятные. Толщина бетонных стен, говорили опрашиваемые, как бы давит на тебя, а вид поля боя через узкую амбразуру угнетает своей ограниченностью.
К словам этих бойцов трудно что - нибудь добавить».
Сергей Фролович Фролов, о котором идет речь, проходил службу в укрепленном районе с 1930 года, где он исполнял должности командира роты и помощника командира 16-го отдельного батальона по строевой части, а затем командира и комиссара 4-го ОПБ. Накануне войны С. Ф. Фролов был начальником МПВО Москвы, а с 1942 года начальником Тульского военного пулеметного училища. Затем с 1943 года и до окончания войны возглавлял бб-ю гвардейскую стрелковую дивизию. В конце 40-х годов служил в должности начальника факультета заочного обучения Военной академии им. М. В. Фрунзе. Награжден орденом Ленина, 3-мя орденами Красного Знамени, 2-мя орденами Суворова II степени, орденом Красной Звезды, медалями.

Читать дальше »